Source Text
The wind howled and screamed at the windows. Holmes and I drew closer to the fire, while the young inspector, slowly and point by point developed his singular narrative.
“If you were to search all England”, said he, “I don’t suppose you could find a household more self-contained or freer from outside influences. Whole weeks would pass, and not one of them go past the garden gate. The professor was buried in his work and existed for nothing else. Young Smith knew nobody in the neighbourhood, and lived very much as his employer did. The two women had nothing to take them from the house. Mortimer, the gardener, who wheels the Bath chair, is an army pensioner – an Old Crimean man of excellent character. He does not live in the house, but in a three-room cottage at the other end of the garden. Those are the only people that you would find within the grounds of Yoxley Old Place. At the same time, the gate of the garden is a hundred yards the main London to Chatham road. It opens with a latch, and there is nothing to prevent anyone from walking in.
“Now I will give you the evidence of Susan Tarlton, who is the only person who can say anything positive about the matter. It was in the forenoon between eleven and twelve. She was engaged at the moment in hanging some curtains in the upstairs front room.
Target Text
Шум ветра за окном перерастал в пронзительный вой. Мы с Холмсом cклонились поближе к камину, в то время, как молодой инспектор полиции неторопливо, шаг за шагом, продолжал свой рассказ.
“Даже если бы перевернули вверх дном всю Англию”, – сказал он “Не думаю, что вам посчастливилось бы отыскать столь же уединенное или более независящее от внешнего мира жилище. Порой, ни один из его обитателей по нескольку недель не выходит за калитку сада. Профессор был с головой погружен в работу, и она была единственной целью его существования. Юный Смит никого в округе не знал, и образ жизни его почти в точности повторял образ жизни хозяина. Что же касается двух женщин, то ничто не заставляло их покидать пределы домовладения. Старик Мортимер, местный садовник, прикованный к инвалидному креслу, – человек с замечательным характером, военный пенсионер, ветеран Крымской войны. Живет он не в самом доме, а в трехкомнатном коттедже, расположенном в противоположном конце сада. И это все кого вы могли бы повстречать в Йокхем Олд Плейс”.
“В то же время, калитка сада находится всего-навсего в ста ярдах от главной дороги из Лондона в Чэтхем. Калитка закрывается только лишь на засов, и свободно войти в сад мог кто угодно”.
“А теперь я ознакомлю вас со свидетельскими показаниями Сюзан Тарлтон, единственной, кто может сообщить хоть что-либо по делу. Случилось это перед полуднем, между одиннадцатью и двенадцатью часами. В это время Сюзан была занята развешиванием штор в передней спальне второго этажа».
